Коротко:

Время - период начала 18 века. Место - далекий уезд в который можно добраться только по реке. В речке Каменка обнаружили золотой песок и ходят упорные слухи о золотых жилах в горах. В уезд прибывает много людей разных сословий в поисках богатства.

Более подробно:

Далеко, в суровом краю, где тайга стоит стеной, а высокие горы упираются в небо, лежал уезд, чье название до недавних пор было известно лишь чиновникам да сборщикам податей. Река Каменка, неширокая и строптивая, веками несла свои воды мимо острога Обережного, деревень Засечной и Низополья, не суля никому богатства, кроме рыбы да сплава леса. Жизнь здесь текла медленно, подчиняясь раз и навсегда заведенному порядку.

В бывшем остроге, разросшемся до провинциального городка, всем, как и полагается, заправляло местное дворянство — чиновники и офицеры, чьи предки несли здесь службу или, попав в опалу, осели на этой земле. Они чинно заседали в Дворянском собрании, по воскресеньям вместе со своими супругами посещали белокаменный храм Белого Собора и взирали на окружающих с высоты своих чинов, установленных Табелем о рангах. Их опорой была казачья сотня, поддерживавшая порядок не только в городе, но и на торговом тракте, что тянулся до самого Низополья. В Засечной жили ремесленники и потомки тех, кто когда-то стоял на страже границ, а в Низополье — рыбаки да сплавщики леса. А высоко в горах, у озера, скрытое от чужих глаз, притаилось Потаенное — пристанище тех, кто не отвернулся от старых богов и духов предков.

Но покой этого мира был взорван. С полгода назад, а может и больше, на пороге Почтовой станции испустил дух неизвестный странник, исхудавший от лихорадки и ран. Из его котомки на потрясенных зевак высыпались несколько камней, от которых у самого чёрствого человека перехватывало дыхание: это были самородки чистого золота, величиной с голубиное яйцо.

С тех пор всё переменилось. Людей охватила золотая лихорадка. Словно пчелы на мед, в тихий уезд хлынул самый разный люд: разорившиеся дворяне, мечтающие быстро поправить свое состояние; оборванцы и беглые; лихие люди с больших дорог; цыгане-кочевники; прожжённые дельцы и скупщики; авантюристы всех мастей. Они заполонили Обережный и его окрестности. Цены на еду, жилье и инструменты взлетели до небес. Городской трактир гудел, как улей, не умолкая ни днем, ни ночью, а в его темных углах шептались сомнительные личности.

Золото действительно тут было. Его намывали в Каменке горстями. Прозрачная вода реки скрывала золотой песок, и каждый день десятки старателей, стоя по колено в ледяной воде, промывали породу в надежде на скорую удачу. Но все понимали — песок это лишь след. Где-то в горах таилась жила, та самая, что породила самородки умершего странника. И все ее искали.

По городу ползли шепотки, что уездный исправник и уездный судья хотят получить права от государства на прииски. Говорят, будто дворяне хотят прибрать все доходные места к своим рукам, отрезав и пришлых, и простых казаков с мещанами, возглавить официальную экспедицию и получить не только золото, но и чины и милость Императрицы. Тем временем среди казаков зреет недовольство — вольница не желает слепо отстаивать непонятные интересы дворян, а хочет получить свою долю. Купцы тем временем принялись снаряжать частные поисковые партии и группы.

Тем временем некогда спокойный торговый тракт стал опасным местом. Шайки грабителей, нередко сбившиеся из неудачливых старателей, нападали на тех, кому повезло. Все чаще стали приходить вести о нападениях на обозы, участились случаи исчезновения людей.

В Низополье и Засечной роптали местные. Пришлые вели себя нагло и по-хозяйски — их никто сюда не звал, а река и золото, по их мнению, должны были принадлежать коренным жителям. Среди мужиков ходили упорные слухи, будто молчаливые язычники из Потаенного точно знают, где спрятана жила.

А в монастыре Белого Собора игумен вёл свои игры. Он проповедовал, что золото — это дьявольское искушение, посланное для испытания духа, но при этом уже подавал прошение в губернию о причислении к монастырским угодьям всех земель к северу от реки, «дабы оградить паству от разврата».

В горах ждали своего часа жители Потаенного. Те, кто случайно натыкался на их скрытые тропы, назад не возвращались. Язычники верили, что золото — это окаменевшая кровь горных духов, и его добыча пробудит гнев богов. Действуя скрытно и устраивая засады они активно мешали добыче, разоряя лагеря, ломая инструменты и уводя лошадей.

И причиной всего был один вопрос: где же та самая жила? Одни искали её вдоль реки, другие пробирались через горный проход к долине, где, по слухам, обитала старая ведьма, знавшая все тайны этих мест. Третьи пытали счастья у зловещих северных склонов Медвежьей Топи, рискуя навеки сгинуть в трясине.